НОВОСТИ
Макпал Жунусова: «Народ - моя опора»
В течение последних двух лет известную казахстанскую народную певицу Макпал Жунусову не приглашают на новогодние телевизионные программы и во время трансляции больших концертов вырезают ее песни из телеэфира, рассказывает сама певица. Несмотря на это, слушатели, по-прежнему, встречают ее во время концертов и на гастролях с большим восторгом. Ее поклонники и сама исполнительница не могут понять с чем связан такой прессинг. Об этом Макпал Жунусова рассказала в интервью «Радиоточке».
- Макпал-апай, Вы уже запланировали концертную программу на следующий год?
- В целом я готовлю свою концертную программу, но пока не определилась с датой. Не хочу заранее рекламировать, но концерт пройдет, думаю в марте или в мае. Хочу, чтобы это было в теплое время. Репертуар готов, костюмы тоже готовы. Слава Аллаху, написали много новых песен. Сейчас я собираюсь ехать по регионам страны, не сказать, что очень много свободного времени, я все время работаю. Правда прошедший месяц сильно болела, у меня была протрузия позвоночника. Из-за беспрерывной работы, от высоких каблуков заработала такую болезнь. Месяц лежала дома, мне делали массаж. Сейчас уже пришла в себя, но все же болею. Поэтому, возможно, поеду за рубеж - лечиться.
- Изменились ли Ваши музыкальные предпочтения? Что сейчас для Вас приоритет?
- Я всегда придерживаюсь равновесия. Если заметите, на моих концертах больше фольклорных песен и домбры. Пою шесть эстрадных песен, десять процентов концертного времени уделяю романсам, все всегда пою вживую. У меня очень много песен, но меня почему-то лишают республиканского эфира. На национальном телеканале «Казахстан» и на «Хабаре» из концертов с моим участием вырезают мои песни и выступления. Так меня сейчас обижают. Вчера только выступила на концерте в память певицы Мадины Ералиевой,этот концерт сказали в эфир выдадут 17 декабря, но только что мне сообщили, что и там мое выступление вырезали. Теперь ждем концерт Фаризы Онгарсыновой, если и там меня вырежут, то меня вообще не будет в республиканском эфире. Второй год, как меня не приглашают на новогодние программы. В прошлом году было так и в этом году, но я ждала приглашения, готовилась.
Мое имя, конечно, не сотрется, мы видели ситуации и хуже, я ко всему привыкла. Сейчас я боюсь только одного - творческие люди ведь очень ранимые, я боюсь, что такими мерами можно подтолкнуть творческого человека к жестокости. Такие меры портят людей искусства. Я своей силой и твердостью характера не поддаюсь этому, но многие ведь ломались из-за этого в свое время.
Я не одна такая. Когда-то было много великих певиц, которых называли народными артистами. Например, с Куляш Байсеитовой тоже так поступали, об этом не пишут, но мы знаем. Она не умерла своей смертью, ее довели. На нее навешали разных ярлыков, говорили, что она выпивает. В 23 года она получила звание народной артистки СССР. После этого, в ее жизни начались преследования: слежка, доносы, ее вычеркивали из списка выезжающих за рубеж за два, за три дня до вылета. Таких препятствий было много.
Сейчас можно говорить, что у нас погибло много поэтов. Им вовремя не дали жилья, не создали условий. Поэтому многие изменили направление деятельности. И, в результате, непоэты стали поэтами, некомпозиторы стали композиторами. Это не только у нас, это везде так.
- А как Вы преодолеваете нынешние трудности?
- Меня поддерживает и придает уверенности мой народ! Когда я осталась одна, моя опора – это мой народ. Народ придает мне силу, не дает мне сломаться. Куда бы я не ездила - везде принимают с большим теплом. Хотя и не дарят машин, и не накидывают мне шубы, не встречают акимы, но народ принимает меня с любовью и теплом. Только несколько акимов областей выражали мне свое уважение - это аким Атырауской области, Бердибек Сапарбаев, когда руководил Восточно-Казахстанской областью, и Серик Умбетов и все. Сама приезжаю, сама уезжаю.
- Все знают, и Вы сами отмечаете это, что Вы с характером, сильная. Скажите, пожалуйста, если бы была возможность поменять характер, Вы бы поменяли?
- А с чем Вы сами связываете нынешний прессинг?
Гульмира Камзиева
- Макпал-апай, Вы уже запланировали концертную программу на следующий год?
- В целом я готовлю свою концертную программу, но пока не определилась с датой. Не хочу заранее рекламировать, но концерт пройдет, думаю в марте или в мае. Хочу, чтобы это было в теплое время. Репертуар готов, костюмы тоже готовы. Слава Аллаху, написали много новых песен. Сейчас я собираюсь ехать по регионам страны, не сказать, что очень много свободного времени, я все время работаю. Правда прошедший месяц сильно болела, у меня была протрузия позвоночника. Из-за беспрерывной работы, от высоких каблуков заработала такую болезнь. Месяц лежала дома, мне делали массаж. Сейчас уже пришла в себя, но все же болею. Поэтому, возможно, поеду за рубеж - лечиться.
- Изменились ли Ваши музыкальные предпочтения? Что сейчас для Вас приоритет?
- Я всегда придерживаюсь равновесия. Если заметите, на моих концертах больше фольклорных песен и домбры. Пою шесть эстрадных песен, десять процентов концертного времени уделяю романсам, все всегда пою вживую. У меня очень много песен, но меня почему-то лишают республиканского эфира. На национальном телеканале «Казахстан» и на «Хабаре» из концертов с моим участием вырезают мои песни и выступления. Так меня сейчас обижают. Вчера только выступила на концерте в память певицы Мадины Ералиевой,этот концерт сказали в эфир выдадут 17 декабря, но только что мне сообщили, что и там мое выступление вырезали. Теперь ждем концерт Фаризы Онгарсыновой, если и там меня вырежут, то меня вообще не будет в республиканском эфире. Второй год, как меня не приглашают на новогодние программы. В прошлом году было так и в этом году, но я ждала приглашения, готовилась.
На концерте певицы Акботы Керимбековой, мы вместе с ней пели дуэтом. Недавно этот концерт показывали по республиканским телевизионным каналам, но и там меня не было. Несмотря на это, я продолжаю петь. Потому что мне жалко моих слушателей. Я не хочу говорить, что меня любят миллионы, но есть и мои поклонники. Мне жалко, что этих людей лишают возможности слушать меня. Они (поклонники - прим. «Радиоточка») связываются со мной по социальным сетям или спрашивают во время встречи: «Почему мы не видим вас по телевизору, куда вы ушли? Почему вы не появляетесь на экранах телевизоров?» Таких вопросов очень много.
Однако, я им всем же не буду говорить, что меня не показывают, мои выступления вырезают из эфира республиканских телеканалов. Потому что мне неудобно говорить одно и тоже. Я могу понять, если бы в моих песнях была критика власти или песни, которые бы были антипатриотичны. 90 процентов моих песен – песни наших великих композиторов и поэтов, которые оставили большой след в истории народа. Меня убрали из концерта, посвященной памяти великого казахского поэта Мукагали Макатаева, из концерта композитора Асета Бейсеуова, Фаризы Онгарсыновой. Из концерта Мадины Ералиевой убрали, хотя я так готовилась, пошла туда с большим волнением, но все выступили, а меня убрали. Это как нож в спину, сердце болит.
Мое имя, конечно, не сотрется, мы видели ситуации и хуже, я ко всему привыкла. Сейчас я боюсь только одного - творческие люди ведь очень ранимые, я боюсь, что такими мерами можно подтолкнуть творческого человека к жестокости. Такие меры портят людей искусства. Я своей силой и твердостью характера не поддаюсь этому, но многие ведь ломались из-за этого в свое время.
Я не одна такая. Когда-то было много великих певиц, которых называли народными артистами. Например, с Куляш Байсеитовой тоже так поступали, об этом не пишут, но мы знаем. Она не умерла своей смертью, ее довели. На нее навешали разных ярлыков, говорили, что она выпивает. В 23 года она получила звание народной артистки СССР. После этого, в ее жизни начались преследования: слежка, доносы, ее вычеркивали из списка выезжающих за рубеж за два, за три дня до вылета. Таких препятствий было много.
Сейчас можно говорить, что у нас погибло много поэтов. Им вовремя не дали жилья, не создали условий. Поэтому многие изменили направление деятельности. И, в результате, непоэты стали поэтами, некомпозиторы стали композиторами. Это не только у нас, это везде так.
- А как Вы преодолеваете нынешние трудности?
- Меня поддерживает и придает уверенности мой народ! Когда я осталась одна, моя опора – это мой народ. Народ придает мне силу, не дает мне сломаться. Куда бы я не ездила - везде принимают с большим теплом. Хотя и не дарят машин, и не накидывают мне шубы, не встречают акимы, но народ принимает меня с любовью и теплом. Только несколько акимов областей выражали мне свое уважение - это аким Атырауской области, Бердибек Сапарбаев, когда руководил Восточно-Казахстанской областью, и Серик Умбетов и все. Сама приезжаю, сама уезжаю.
- Все знают, и Вы сами отмечаете это, что Вы с характером, сильная. Скажите, пожалуйста, если бы была возможность поменять характер, Вы бы поменяли?
- Не буду, не буду менять. Какой я пришла и такой я должна уйти. Сейчас меня многому учат - люди, которые сейчас окружают меня. Среди них можно встретить и сопереживающих, которые говорят, почему бы не преклониться перед таким-то или таким-то человеком. Но я никого не обидела, чтобы перед кем-то преклоняться. Для меня - все люди одинаковые. Конечно, у нас есть личности. Это наши великие писатели, поэты, композиторы, личности, которые оставили большой след в жизни народа. Перед такими личностями можно преклоняться. Конечно, надо преклоняться перед теми, кто пролил свою кровь ради нас - это участники декабрьских событий, это ветераны войны. А главный человек, которому я преклоняюсь – это моя мама. Кроме этого, кому я должна преклоняться?
Я пою песни, написанные для меня, я выполняю свой долг как певица. Я не могу стучаться в каждую дверь и говорить, что есть я и мои песни. Спрашивать: «Почему не даете в эфир мои песни?» Я народная певица, я обладатель Государственной премии. Звание давали сами, если они плюют на звания, которое сами и дали, то, пожалуйста. Но народ мне в лицо не плюется, я с достоинством выполняю свою работу.
- А с чем Вы сами связываете нынешний прессинг?
- Сама не могу понять. Не знаю откуда это, не могу сказать. Например, я выходила на многих, кто сидит наверху. Когда бываю на свадьбах, в гостях, меня же всюду приглашают, говорю. У кого-то юбилей матери, а у кого-то юбилей отца - у «больших людей» - в таких местах я рассказываю, а мне говорят, что впервые об этом слышат. «Такого приказа не было, Маке. Это делают ваши певцы», - говорят.
Тогда кто из артистов? Вот это большой вопрос! Все связывают с решением в верхах, а на самом деле - там такого приказа не было. С самой Даригой (Назарбаевой - прим. «Радиоточка») я разговаривала. Она сказала: "Макпал, ты что? У нас нет времени таким делом заниматься. Вообще такого приказа не было, кто этим может заниматься? Почему не сходишь к министру культуры?», - сказала она.
Тогда министром был Мухтар Кул-Мухаммед. Когда я пошла к нему, сказали, что он не принимает. Этим все кончено, дело закрыли. Через два месяца его сняли с должности, на его место пришел новый министр. Теперь, что я буду ходить каждый раз, когда меняют министра? Нынешний министр культуры Арыстанбек Мухамедиулы - мой ровесник, с которым я не раз встречалась на различных мероприятиях, учились в одной школе, в школе Жубанова. Не думаю, что он не слышал об этом, слышал, конечно.
Обязательно к нему в приемную надо идти и преклоняться, что ли? Я же народный артист. Должен же кто-то выступить и спросить: «Что вы делаете с Макпал?» Почему об этом не спрашивают на телевидении, на радио? Где журналисты, почему не исследуют? Почему они об этом слова не скажут? И артисты все молчат. Я же не скажу: "Роза, скажи про меня. Нагима, скажи про меня, спроси про меня». Я так никогда не скажу. У меня есть достоинство. Я не буду никого просить. Сама по возможности езжу, куда меня приглашают и пою свои песни, а куда не приглашают - я никогда и не пойду.
